Пользователи регулярно пополняют наш центр знаний новыми материалами. Площадка предназначена для бесплатного просвещения. Если вы не найдете нужный материал, сообщите об этом в чате книжного клуба, а мы постараемся найти его в нашем сообществе и попросим опубликовать.
Копирование, распространение и продажа материалов запрещена правилами.
Категории книг
Категории аудиокниг
Категории лекций
Популярное
IPhuck-10
Виктор Пелевин
Порфирий Петрович – литературно-полицейский алгоритм. Он расследует преступления и одновременно пишет об этом детективные романы, зарабатывая средства для Полицейского Управления.
Маруха Чо – искусствовед с большими деньгами и баба с яйцами по официальному гендеру. Ее специальность – так называемый «гипс», искусство первой четверти XXI века. Ей нужен помощник для анализа рынка. Им становится взятый в аренду Порфирий.
«iPhuck 10» – самый дорогой любовный гаджет на рынке и одновременно самый знаменитый из 244 детективов Порфирия Петровича. Это настоящий шедевр алгоритмической полицейской прозы конца века – энциклопедический роман о будущем любви, искусства и всего остального.
Жестокая любовь Серебряного века
Лилю Брик называли некрасивой, но влюбленные мужчины не замечали этого – Лиля всегда купалась в их обожании. Как начались отношения Бриков и Маяковского? Как относилось общество к их совместному проживанию? Какие отношения царили в их большой семье? «Брики отнеслись к стихам Маяковского восторженно, безвозвратно полюбили их. А Маяковский безвозвратно полюбил Лилю», — признавала сестра Эльза. Об этой и другой жестокой любви Серебряного века в новой лекции расскажет культуролог, лектор и писатель Юлия Милович-Шералиева.
Мы
Евгений Замятин
Знаковый роман, с которого официально отсчитывают само существование жанра «антиутопия». Запрещенный в советский период, теперь он считается одним из классических произведений не только русской, но и мировой литературы ХХ века. Роман об «обществе равных», в котором человеческая личность сведена к «нумеру». В нем унифицировано все – одежда и квартиры, мысли и чувства. Нет ни семьи, ни прочных привязанностей…
Но можно ли вытравить из человека жажду свободы, пока он остается человеком?
